Арт-группа «БЛАГОВЕСТ»
Творчество
Достижения
Музыка - жизнь
Церковные колокола
Поющие клетки
Колыбельная
Ваш малыш
Академическая музыка
А капелла
Русская школа
Расцвет вокала
«Стереостиль»
Стилевой синтез
Новости


Академическая музыка. Стилевой синтез



Стилевая область музыки не может быть многосоставной, ее органическим признаком становится «диалогическое миропонимание» (В. Медушевский). Диалогическое не как беседа двоих, а как принцип мышления, основанный на многофазном сопоставлении, соотнесении двух, нескольких, многих стилевых позиций – в этом плане лучше говорить, пожалуй, о понимании «полилогическом». Само художественное сознание становится хронологически раскованным, стилево многомерным, податливо откликающимся на все новые подключения возникающих (либо возрождаемых) свойств – и ассимилирующим их.


Чем более набирает силу этот интегрирующий процесс, тем больше разноплановых явлений втягивается в его орбиту, когда в новых синтезах, когда контрапунктически самостоятельных, хотя и не изолированных в условиях современного искусства. Это можно отнести и к обилию национальных, региональных, фольклорно-этнографических пластов, ряд которых заявил о себе с такой силой именно в ХХ веке; это смешение музыкальных видов, от академических до многоликих массовых, со всеми их не только музыкальными, но и социально-психологическими свойствами; это все более тесные контакты смежных видов искусства, а также влияние художественно-технических коммуникаций и даже внехудожественных областей, как скажем, в разного рода прикладной музыке; это столь важные сегодня особенности распространения и бытования искусства – и многое, многое другое.


Стилевая множественность современной музыки проявилась в последние десятилетия как-то особенно выпукло и ярко, в сочинениях многих композиторов соединялись самые несходные стилевые компоненты. Резко раздвинула возможности техника мозаичных коллажей, разного рода цитирований, аллюзий, были усовершенствованы способы парадоксальной перекраски устойчивых вроде бы смыслов и их неожиданных сближений и т. п. «Круговращение становится все заметнее в сфере стилистической: разные средства музыкального языка – осколки и брызги целостных стилей – все активнее вторгаются в произведения уже на правах иностилистических элементов, порождая эффекты … стилистической полифонии и развития, стилизации, эклектики и соответствующие приемы: аллюзии, цитаты, псевдоцитаты, коллажи и другие». Искусство, и всегда-то не склонное к консервации своего состояния (по крайней мере, без внехудожественных «чуждых» подсказок), опробовало новые горизонты.


Такое явление А. Шнитке определил как «полистилистику». Термин прижился быстро, ибо позволял выделить целый класс реально существующих явлений. Сквозь призму этого понятия рассматривается многое в музыке самого А. Шнитке, Л. Берио, А. Пярта, С. Губайдулиной, ряда других современных авторов, черты полистилистики находят в творчестве Р. Щедрина, С. Слонимского… Массив наблюдений собрался к нашим дням громадный. Г. Григорьева пишет: «Сейчас, когда «накопилось» так много разных стилей, полистилистика приобретает особую важность и новый смысл. В сущности оказывается, что в творчестве любого из современных авторов можно обнаружить признаки какого-либо стиля (например, влияние Дебюсси на Бартока, Шопена – на Скрябина, Баха – на Шостаковича, Шостаковича – на целый ряд советских композиторов более молодого поколения и т. д.)». Не приходится удивляться, что в науке о музыке и понятие, и термин получили самое широкое распространение. Можно объяснить и то, что в амплитуду интересов попадали порой явления, вполне поддающиеся истолкованию и с других позиций – такое, видимо неизбежно при начальном «оконтуривании» новых творческих зон.


Однако со временем проступила опасность, содержащаяся в самом явлении и сказавшаяся на его музыковедческой интерпретации. Наиболее кратко и четко она сформулирована той же Г. Григорьевой: «Если стиль сочинения состоит лишь в компилятивной комбинации давно известного, то вопрос об индивидуальности отпадает сам собой, и полистилистика становится эклектикой». Наряду с тем, в ходе самой же творческой практики, полистилистика, преодолевая крайности «самоутверждения», все более тянулась к такой творческой системе, в которой главенствовал бы не принцип конгломерата, а «избирательное сродство». Ее параметры еще не достаточно выявлены, контуры размыты. Но она уже проступает в ряде композиторских творений и шаг за шагом осознается музыковедческой мыслью.